Престиж нефрона

Как сбалансированы системы, приводимые в действие антидиуретическим гормоном и альдостероном: одно плечо этого коромысла вверх, другое — на столько же вниз. Для наращивания производительности, если в каком-то технологическом узле достигнут наивысший уровень, а константы гомеостаза еще не в норме, нефрон располагает запасными механизмами. По этому принципу обязательную концентрацию в петле Генле поддерживает всасывание воды на выходе из нефрона, а реабсорбцию бикарбонатов — перекачка в русло канальцев иона водорода, образование аммиака. Случится беда — закисление крови, и нефрон бросит на помощь натрию калий из собственных клеток. Если и этого мало, обречет на самоубийство те самые катионы — натрий, калий, магний, кальций, которые всемерно берег для планомерной работы.

Они напрямую соединяются с кислыми анионами и вместе с ними в виде солей выводятся из организма.На самый крайний случай у нефрона в резерве еще один защитный механизм. Клетки канальца сами начинают сбрасывать в его русло неугодные организму вещества.

Так, эксперименты с нагрузкой животных мочевиной выявили, что в пиковых ситуациях ее выводится в 2— 3 раза больше, чем это обеспечивает пропускная способность клубочкового фильтра. Подобное перевыполнение отмечено и в отношении креатинина — столь же токсичного, как мочевина, продукта белкового обмена. Этот механизм — аварийный, он требует от нефрона запредельного напряжения.

Почке свойственно и самопожертвование. В катастрофических случаях, когда объем циркулирующей в организме крови падает наполовину, кровоток в почке уменьшается еще больше — до 10—5 процентов.

Зачем? Ради поддержания на минимально допустимом уровне кровоснабжение мозга, сердца почка отказывается от своей доли крови.

В повседневной работе нефроны демонстрируют ошеломляющую готовность откликнуться на сиюминутную потребность организма, проявляют колоссальную приспособляемость. За сутки они выводят 30—35 граммов продуктов обмена веществ.

Расходуют на это в среднем 1,5 литра жидкости, а могут обойтись и 500 миллилитрами. В каждой почке примерно миллион нефронов. Одновременно функционируют не все. Одна пятая часть, а то и половина в боевой готовности ждет команды «На старт».

Ни один нефрон не образуется вновь, но каждый может увеличиваться в объеме. Благодаря такой компенсации здоровая почка в состоянии почти полностью возместить потерю второй. Если одну удаляют, то уже через час вторая доводит фильтрацию в своих клубочках без малого до 80 процентов того объема, который был, когда работали обе почки.

Нефроны — не одиночки. Они объединены в группы — пирамиды и все вместе составляют паренхиму — работающую ткань почки.

А остов у нее соединительнотканный, он — опора сосудам и нервам. В пирамидах нефроны держат строй. Наружу обращены клубочки — это корковый слой, внутрь идут канальцы — мозговой слой. У всех канальцев — соседей по пирамиде — устья расположены рядом, на ее вершине.

И все пирамиды своими вершинами опрокинуты в малые почечные чашечки. Сюда и поступает продукция нефронов.Малые чашечки сливаются в большие.

Их обычно три или две. Они впадают в лоханку. Это — резервуар, правда, крошечный, средняя емкость лоханки — 5 миллилитров.

От нее к мочевому пузырю отходит мочеточник — трубка диаметром внутри 4—5 миллиметров.Чашечки, лоханка и мочеточник построены из трех слоев. Между тонкой наружной соединительной тканью и внутренней слизистой оболочкой лежат внушительные, переплетающиеся мышечные волокна.

Они постоянно ритмично и синхронно сокращаются, будто волна перекатывается от малых чашечек до мочевого пузыря. Так транспортируется моча.