Патогенез и патологическая анатомия отравлений ядами змей

В состав ядов змей семейства Bothrops входит фермент, свертывающий кровь аналогично тромбину, причем протромбиновое действие субстанции, выделенной из яда Bot. jararaca, in vitro оказалось в 10—12 раз сильнее действия цельного яда и в 5 раз сильнее действия очищенного протромбина (Habermann, 1957). Коагулирующий эффект 2 компонентов связан с непосредственным влиянием на фибриноген, а протеолитический — с активацией процесса превращения протромбина в тромбин, но в 10 раз слабее (Denson, Rousseau, 1970). Повышенные дозы яда Bot. atrox и cerastes оказывают одинаковое действие на тромбообразование, однако яд Bot. cerastes в сравнительно слабых дозах вызывает выраженный эффект. Это, по-видимому, связано с различным их действием на белки плазмы. Не уменьшая активности эуглобулинового лизиса, яд гадюк Den. augusticeps, Den. polyleps и Den. jararaca в опытах in vitro (10—1000 мкг/мг) вызывал протеолитический эффект; наряду с увеличением времени свертывания крови, рекальцификации плазмы и расхода протромбина снижались агрегация кровяных пластинок и их чувствительность к АДФ. Кроме протео-, эфиролитического и коагулирующего компонентов, Davey и Esnouf (1969) выделили из яда гадюк компонент (по химической структуре — протеинополисахарид), вызывающий in vitro агрегацию тромбоцитов человека.Как видно, сложные изменения в свертывающей системе крови связаны как с прямым, так и с косвенным действием на нее ферментов ядов, по-видимому, при участии или под влиянием их ингибиторов.

Время развития, выраженность и продолжительность коагулирующего или антикоагулирующего действия зависят не только от вида (подвида) змей, но и от пути введения и дозы яда. В яде биологически близких видов змей состав антикоагулирующих веществ различен: в одном содержится антитромбопластин, в другом — антитромбин, в третьем —протеаза, вызывающая фнбринолиз и фибриногенолиз (Vries е. а., 1961). Яд большинства гадюк при парентеральном введении животным вызывает вначале образование тромбов, затем кровь теряет способность свертываться. Внутривенное введение мышам 0,075—0,026 мг яда гадюки Рассела вызывало сосудистый тромбоз, при введении 0,5 мг наблюдалось несвертывание крови; при введении 0,25—4 мкг/мл яда габонской гадюки удлинялось время рекальцификации плазмы, большие дозы вызывали антикоагулирующий эффект; при введении 30 мкг/мл яда значительно замедлялось образование тромбина в цельной крови (Klobusitzky, 1961). Введение 0,3 мг/кг яда V. lebetina вызывало гиперкоагуляцию, сопровождающуюся падением фибринолитической активности плазмы на 2—5%; через 20 мин, с образованием тромбопластина и тромбина, коагулирующая активность снизилась на 83%, а с образованием фибрина — на 115%, сопровождаясь резким уменьшением времени ретракции сгустка крови и концентрации фибриногена; через 1—2 ч коагулирующая активность вновь усилилась, продолжаясь 6 ч и более.

Двухфазное действие яда объясняется тем, что малые дозы вызывают тромбоз сосудов, а большие — антикоагулирующий эффект вследствие ретракции кровяного сгустка. Коагулирующий эффект связан с исчезновением фибрина из плазмы, откладывающегося в виде сгустков на стенках сосудов (Reid е. а., 1963).Достоверных данных о токсичности коагулянтов или антикоагулирующих фракций ядов нет, однако нельзя не придавать значения тромбоэмболическим проявлениям, а также кровоизлияниям, нередко тяжелым, особенно во внутренние органы, связанным с антикоагулирующим действием яда и нарушением проницаемости сосудистой стенки. Под влиянием змеиного яда наблюдается также изменение состава периферической крови, зависящее от дозы яда и вида змей. Подкожное введение мышам яда гюрзы в возрастающих дозах (0,4—3 мг) в разведении 1 : 20 000 а течение 1—2 нед не вызвало изменений количества гемоглобина, эритроцитов, лейкоцитной и эозинофильной реакции.

В дозе 0,025 мг/кг яд гюрзы не влиял на морфологический состав периферической крови и активность ретикулоэндотелиальной системы (РЭС), в дозе 0,03 мг/кг после кратковременного угнетения стимулировал эритро — и нейтрофилопоэз, а в дозе 0,04— 0,07 мг/кг вызывал стойкую блокаду РЭС, угнетение эритро — и нейтрофилопоэза, эритро-, лейко — и нейтропению, анизо-, пойкилоцитоз и полихроматофилию эритроцитов (М. Н. Султанов, 1958, 1963; 3. Н. Каримов и др., 1968, и др.). Действие 1 мг/кг яда Cr. atrox на состав крови мышей проявлялось двухфазно: выраженное уменьшение количества базофилов, наблюдаемое через 5 мин после введения яда, сменилось нормализацией и через 3—6 ч повторным снижением их содержания. Marks и Oberer (1962) считают, что первоначальное снижение содержания базофилов связано с лецитиназной активностью яда, а позднее — с реакцией системы гипофиз — кора надпочечников на яд, особенно на одну из малотоксичных фракций.

В наблюдаемых нами случаях через 1—14 ч после укуса гадюковыми змеями у 78,2% пострадавших отмечался лейкоцитоз 9,0·103—28,7·103, у остальных — 6,8·103—8,3·103. Обращали внимание случаи двухфазности: выраженный лейкоцитоз сменялся лейкопенией с последующей нормализацией количества лейкоцитов. В лейкоцитарной формуле отмечались токсическая зернистость и относительный лимфоцитоз; в одних случаях нейтропения, в других — нейтрофилия со сдвигом влево; у 50,% больных — умеренное ускорение СОЭ.