О некоторых психологических защитных механизмах

Со временем понятие психологической защиты подверглось трансформации, переосмыслению. В работах советских ученых оно было лишено всей фантастичности, типичной для психоаналитических концепций. Психолог Ф. В. Бассин внес в это понятие, исходя из диалектико-материалистических позиций нашей психологической науки, совершенно новый смысл.

Он обозначил психологическую защиту как «нормальный, широко обнаруживаемый механизм, направленный на предотвращение расстройств поведения и биологических процессов не только при конфликтах сознания и «бессознательного», но и при столкновении вполне осознаваемых эффективно насыщенных установок».Так что механизмы защитной перестройки психической деятельности могут включать как те процессы, что остаются как бы за. порогом нашего сознания, так и вполне осознаваемые. Все они направлены на предотвращение дезорганизации психической деятельности, которая могла бы наступить из-за тупика, в котором оказалась психика перед лицом очень трудной, как бы неразрешимой ситуации, на смягчение эмоциональной напряженности.

Но вместе с тем следует отметить, что результаты такой перестройки не всегда приводят к вполне адекватным формам поведения. Иной раз, особенно при перестройках на подсознательном уровне, вдруг возникает как бы абсолютно непонятное и удивляющее нас поведение человека.

Чем же определяются те или иные варианты психологической защиты, в том числе при болезни?Начнем с того, что важнейшее значение в формировании защитных механизмов принадлежит активности самого человека.

Как выяснилось в последнее время, в преодолении любого стресса вообще, в предотвращении его болезнетворных последствий огромную роль играет готовность организма активным образом искать выход из той или иной ситуации.В этом отношении очень интересные результаты были получены советскими исследователями В. В. Аршавским и В. С. Ротенбергом.

Они вживляли подопытным животным в глубинные отделы мозга электроды, раздражая которые можно было стимулировать структуры, вызывающие либо активизацию животного, либо, наоборот, состояние пассивности. После такой предварительной стимуляции животные подвергались какому-либо вредоносному воздействию, например, им вводили препарат, вызывающий нарушение сердечной деятельности. И вот оказалось, что если перед применением болезнетворного препарата у животного стимулировали активирующие центры мозга и оно находилось в состоянии активности, то действие болезнетворного фактора значительно ослаблялось.

Обратное наблюдалось при стимуляции центров, вызывающих состояние пассивности, безразличия.Из приведенных наблюдений авторы сделали вывод о большом значении так называемой поисковой активности для протекания реакции стресса.

Они считают, что именно характер поведения — наличие или отказ от поисковой активности — играет важнейшую роль в процессах заболевания и выздоровления.Конечно, еще более важное место такая активная позиция может занимать в преодолении неблагоприятного психологического стресса.

Вспомним, например, А. П. Маресьева. С потерей ног создалась психически сложная ситуация: летчик, не мысливший себе жизни вне авиации, оказался перед перспективой остаться инвалидом.

И нужна была с его стороны активнейшая позиция прямой «атаки вершины», чтобы добиться своей цели — вернуться в строй.В других случаях активная позиция может воплощаться по иным направлениям, например в феномене «замещения». Активная, творческая личность, попав в ситуацию делающую невозможной прежнюю деятельность, дабы сохранить личную самооценку, свое «я», пытается искать примерно равную ей по значимости замену.

Яркий пример тому — судьба писателя-коммуниста Николая Островского. Все эти «активные защитные поиски» самоутверждения — удел личностей с очень высокими требованиями к себе.