Мудрая власть коллектива: этичность, коллегиальность

На прием к этому ассистенту пришел больной и сказал:— Я пришел к тебе, чтобы ты посмотрел назначенные мне врачом лекарства и сказал, не ядовитые ли они и могу ли я их принимать.Заинтригованный таким необычным обращением, ассистент спросил у больного, почему тот думает, что лекарства могут быть ядовитыми.— Как же,— ответил больной,— неделю тому назад я был на приеме у врача Н. Тот выписал мне лекарства, которые я тотчас же купил в аптеке. По дороге домой мне повстречался другой врач, которому я показал купленные мной лекарства.

Этот врач просмотрел их и сказал: «Ни в коем случае не принимай эти препараты! Они же как яд для тебя». И выписал мне другие. Я купил выписанные им лекарства, хотел было их принимать, но потом подумал: если один врач мог выписать мне ядовитые лекарства, то почему этого не мог сделать другой?

Поэтому я и пришел к тебе, чтобы ты решил, можно ли их принимать.Таким образом, слово, пущенное, чтобы опорочить другого, оборачивается бумерангом и бьет по его же автору. Во врачебной практике много очень поучительных случаев подобного бумеранга….

Врач-отоларинголог в присутствии студентов осматривал больного. Придавив шпателем его язык и заглядывая в рот, он сказал:— Ну и ну! И кто же это вас оперировал? Да за такую технику операции врачу руки надо отрубать.

Больной что-то пытался сказать, но врач не позволил и стал демонстрировать его студентам:— Посмотрите, какие грубые рубцы. Как будто мясник орудовал, а не врач оперировал.Наконец, вдоволь поиронизировав над «горе-врачом», он разрешил больному закрыть рот. Тогда больной преспокойно сказал:— Доктор, а ведь это вы оперировали меня несколько лет назад.

Врач, то бледнея, то краснея, стал лепетать какие-то оправдательные фразы…А вот другой конфуз, который произошел на обходе с профессором.

Палатный врач доложила о вновь поступившей больной, направленной с диагнозом синдрома Хамана-Рича. Когда врач закончила изложение имеющихся признаков болезни, совершавший обход профессор, сделав недоуменное лицо, пожимая плечами и разводя руками, изрек:— Ну как же это так! Здесь же нет ни одного признака, характерного для синдрома Хамана-Рича! И до какой степени бездумно выставляют диагноз наши участковые терапевты!Больная улыбнулась и сказала:— Вы меня извините, конечно, профессор, но ведь этот диагноз не участкового терапевта, а ваш. Именно вы впервые поставили мне его во время прошлогоднего пребывания в клинике.

И тогда тоже было стыдно и неудобно смотреть на делающего обход старшего товарища.Между прочим, частенько приходится убеждаться, что нарушением коллегиальности прежде всего бывают недовольны сами больные. Вышеприведенные примеры свидетельствуют об этом. А вот еще один.Одиннадцатимесячный малыш долго страдал гноетечением из уха. И мать больного попросила терапевта устроить консультацию профессора-отоларинголога.

Ее принял профессор, и после консультации она вернулась сообщить терапевту результат.— Ну и врачи у вас, я вам скажу,— возмущалась она.Врач попросил рассказать, что случилось.

— Профессор принял меня очень хорошо, внимательно осмотрел ребенка, сказал, что необходимо интенсивное лечение, и назначил ряд лекарств и процедур. Но когда он вышел за дверь, присутствовавшая на консультации врач фыркнула и сказала: «И что за лечение он вам назначил!

Лучше приходите ко мне, и я вылечу вашего малыша».Комментарии, как говорится, излишни. Пожалуй, любой из нас на месте этой матери тоже был бы возмущен нелепой выходкой врача.

Нет, не идут на пользу попытки завоевать себе дешевый авторитет за счет охаивания другого! Никак не идут.Когда за плечами накапливается достаточный опыт, убеждаешься, что коллегиальность очень часто нарушается на консультациях, у постели тяжелобольного. Расскажем о некоторых.