Ртуть

У лиц с ртутной интоксикацией мы не выявили какой-либо однотипности в поражении слуховой функции. Наоборот, отмечено значительное разнообразие аудиограмм.Например, резкая тугоухость обнаружена у рабочего А., 47 лет, с длительностью контакта 23 года и явлениями хронической интоксикации.Как видно из аудиограммы (см. рис. 32), понижение слуха на правое ухо у него значительно более выражено, чем на левое, вплоть до,2000 Гц. Имеется разница и в типе аудиограмм: слева — полого нисходящая, справа — почти горизонтальная.

Аудиограмма правого уха представляет собой как бы дальнейшую судьбу аудиограммы левого уха. По аудиограмме и ДП можно предположить локализацию процесса в кортиевом органе. Такое различно отмечено у части больных; у других — аудиограммы обоих ушей почти сливаются.

При отсутствии патологии среднего уха аудиограммы по воздушной и костной проводимости совпадают. Эти аудиограммы близки к типичным для выраженной шумовой тугоухости, которая обычно бывает у стажированных рабочих.

Сходство имеется и в том, что дифференциальные пороги также понижены.Как и при свинцовой интоксикации, встречается резкий обрыв аудиограммы на 8000 Гц при нормальном восприятии других тонов.

При небольших степенях поражения мы выявили аудиограммы обрывистые, восходящие и приближающиеся к горизонтальным. При обрывистом типе дифференциальные пороги (в отличие от шумового поражения органа слуха) на 4000 Гц не были понижены.Восходящую аудиограмму мы обнаружили у 3 больных.

Как видно из рис. 33, у больного восприятие низких тонов понижено на 25—30 дБ при нормальном восприятии высоких, начиная с 3000 Гц. Аудиограмма представляется полого восходящей, на самом же деле, если учесть, что максимальная интенсивность аудиометра на 125 Гц значительно ниже, чем на 3000 и 4000 Гц, то понижение на низкие звуки в процентном отношении окажется еще большим. Между прочим, при исследовании костной проводимости камертоном отмечено большое укорочение — около 50%. ДП — в пределах верхней границы нормы, но иногда при сходных аудиограммах они доходили до 3 дБ. У данного больного диагностирована хроническая интоксикация.

Имелись нистагм положения, асимметрия возбудимости лабиринтов.Обобщение данных надпороговых тестов показывает, что ДП оказался пониженным (0,5—0,3 дБ) только у одного больного, тест Лангенбека лишь у 4 больных был положительным, пороговая адаптация лишь у 2 была патологической. Сопоставление пороговых и надпороговых данных позволяет прийти к выводу, что аудиологическая картина ртутной интоксикации нетипична для локализации в кортиевом органе; скорее можно думать о поражении в области спирального ганглия.

Поражение кортиева органа, по-видимому, можно отнести к исключению. Если стать на эту точку зрения, то надо будет признать, что тип аудиограммы при всем своем значении для дифференциальной диагностики не может считаться абсолютным и что обрыв аудиограммы может быть и при экстралабиринтной локализации. По-видимому, спиральный ганглий быстрее поддается действию ртути, чем вестибулярный.

Со стороны вестибулярной функции мы отметили при экспериментальном исследовании гипорефлексию у 3 человек, уплывания глазных яблок — у одного, головокружение — у 7 человек. Значительно более выраженные вестибулярные сдвиги были обнаружены 3. Ф. Нестругиной: гипорефлексия — у 75% больных, а у части больных был установлен тонический нистагм, т. е. нарушение (выпадение) быстрого компонента нистагма и парез взора — судорожно-ротаторные движения глаз в середине, что, по описанию, напоминает частичное уплывание.