Познавательное развитие. Обзор

В этом контексте представляется чрезвычайно интересным понаблюдать за неорганизованным игровым поведением младенцев. При этом нередко можно видеть, как детишки самостоятельно придумывают ситуации тестирования представлений о постоянстве предмета. Закрывание и открывание предметов становится любимым занятием младенцев в возрасте примерно шести месяцев.

Любая игрушка, в которой что-то исчезает и потом появляется, привлекает пристальное внимание младенца. Возможно, именно поэтому столь многие популярные у детей этого возраста игрушки основаны на использовании этого приема. То младенцы, у которых есть игрушки в коробках и аккуратные матери, почти неизбежно приходят к необходимости руководствоваться в своем поведении следующим правилом: «Ищи предмет, который исчез непонятным образом, там, где он обычно находится», причем это «там» естественно означает коробку, в которой обычно лежит игрушка.

Нередко можно наблюдать младенцев, отбрасывающих игрушку в сторону, затем ползущих к коробке из-под игрушки, возвращающихся с пустыми руками и начинающих искать игрушку в других местах. Если младенцу удается найти игрушку, вся эта процедура может стать игрой.

Сын Пиаже, несомненно, типичен в том, что он находил отношение «внутри» исключительно привлекательным и использовал любую возможность для того, чтобы поближе с ним познакомиться. Опрокидывание содержимого чашки или тарелки на пол, возможно, очень важная в познавательном отношении активность ребенка.

Одна из моих дочерей провела лучшую часть одной ночи, вкладывая маленькие предметы мне в ладонь, закрывая ее так, чтобы они не были видны, передвигая затем мою руку в новое положение и вновь открывая ладонь, чтобы проверить, находятся ли еще в ней положенные предметы. Она увлеченно занималась этим примерно до четырех часов утра. Каждый родитель мог бы умножить примеры поведения такого рода. Игра еще не была по-настоящему изучена с точки зрения ее значения для познавательного развития — пробел, который, как я надеюсь, вскоре будет восполнен.

Противоречия, которые мы абстрагируем и вкладываем в стандартизированные тестовые ситуации, должны быть открыты младенцем в ходе его взаимодействия с нормальным окружением А в любом нормальном окружении предостаточно движущихся и исчезающих предметов, вещей, помещенных в контейнеры, и контейнеров, которые двигаются неизвестно куда. Стандартные ситуации, служащие для проверки уровня развития представления о сохранении предмета, представляют собой абстрактные модели повседневных ситуаций, которые отражают те же самые познавательные проблемы, но требуют для своего разрешения подчас совершенно отличного поведения. Именно эта викарная природа познавательного развития, выражающаяся в том, что одни и те же представления могут быть достигнуты с помощью самых разных средств, служит наиболее сильным аргументом в пользу концептуального, а не просто поведенческого характера развития.Другим важным вопросом является вопрос о том, когда конфликтная ситуация может повлиять на развитие.

Мы уже приводили доводы в пользу той точки зрения, что конфликт, который приводит к развитию, может возникнуть, если существуют два противоположных способа обращения с некоторой ситуацией. Если ребенок обладает лишь одним способом поведения и мы изменим ситуацию так, что этот способ станет неэффективным, мы отнюдь не создадим условия для развития — вероятнее всего, ребенок просто начнет избегать этой ситуации, что может привести в конечном счете к задержке развития.

Некоторые аргументы в пользу этой точки зрения нами уже приводились. Близкие эффекты могут быть легко продемонстрированы, если дать ребенку, находящемуся на IV стадии развития, задачу стадии VI — нахождение предмета под чашкой, которая была переставлена местами с другой чашкой. Доступная ребенку стратегия решения в этой ситуации не может привести к успеху.

Результатом будет очень быстрое разочарование и недовольство ребенка.Аналогичные отрицательные последствия могут возникнуть, если мы создадим избыточное количество подтверждений правильности одного из способов обращения с ситуацией.

Примером этого может служить задуманная с самыми благими намерениями попытка ускорения перехода на стадию VI представления о предмете (Брюнскил, 1971).