Комбинированное воздействие шума и вибрации

Экспериментально-гистологические исследования в условиях воздействия очень интенсивных шумов и вибраций, проведенные И. Я. Борщевским (1961), также подтвердили, что вибрация усиливает действие шума. По его данным, после 300-часового воздействия шума отмечается почти полное разрушение кортиева органа, основного и среднего завитков и деформация его в верхнем завитке. При одновременном воздействии вибраций поражение во внутреннем ухе достигает более резкой степени: после 300-часового опыта наступает тотальное разрушение кортиева органа во всей улитке и полное уничтожение нервных элементов спирального ганглия, у умерщвленных тотчас же после воздействия шума животных обнаружены кровоизлияния в полости среднего уха и в улитке.И. П. Енин (1965) повторил классический эксперимент Н. Ф. Попова, изучив влияние вибрации и шума на белых мышей и крыс в условиях производства железобетона.

Часть животных находилась на платформе, на которой происходит виброуплотнение бетонной массы, другая— рядом в подвешенных клетках. Интенсивность шума около 100 дБ, частота вибрации 50 Гц, амплитуда 0,9 мм; длительность каждодневной экспозиции 3 часа. Продолжительность опытов от 1 месяца до года.После 3-месячного комбинированного воздействия шума и вибрации обнаружены начальные патологические изменения в клетках спирального ганглия верхнего завитка улитки. У мышей и крыс, находившихся под опытом 6 месяцев, 9 месяцев и год, отмечается резкое нарастание патологии, выражающейся в охвате всех завитков улитки, распространении процесса на кортиев орган, в усилении распада клеток и в разрастании замещающейся их соединительной ткани.

В результате воздействия только шума также развились патологические изменения, прогрессирующие по мере удлинения опыта, но первичная локализация была в волосковых клетках основного завитка, поражение спирального ганглия было вторичным. Таким образом, результаты исследования полностью подтвердили основные положения Н. Ф. Попова.

Патологические изменения в улитке по тяжести и глубине были большими, что объясняется более высокими параметрами вибрации как по частоте, так в особенности и по амплитуде.По данным экспериментально-гистологических исследовании Kluyskens (1957), стойкие изменения в кортиевом органе морских свинок развиваются быстрее, если шум сопровождается вибрацией инфразвуковой частоты. Эти наблюдения автор расценивает не только как свидетельство потенцирующего или сенсибилизирующего действия вибрации, но и как доказательство ведущей роли вибрации в патогенезе морфологических изменений.

В известном смысле он подтверждает концепцию Wittmaack о том, что именно с вибрацией (костной проводимостью) главным образом связаны дегенеративно-атрофические изменения в кортиевом органе и спиральном ганглии. В связи с этим автор предполагает, что стойкие изменения в улитке обусловлены не столько быстрыми колебаниями гидростатической энергии, сколько биохимическим истощением в воспринимающих и ганглиозных клетках.

Представляют интерес исследования Wheeler (1950), который в одних случаях утомлял орган слуха шумом, в других — сочетая его с вибрацией. Во втором случае отмечено большее повышение слуховых порогов.

Опыты А. А. Аркадьевского (1960) и Л. И. Максимовой (1965) подтвердили его выводы.Jamamoto и др. (1965) отметили, что временные сдвиги слуховых порогов при шуме в 82 дБ заметно повышаются, если одновременно воздействует и вибрация.

В последнем случае удлиняется также длительность восстановления исходных порогов. Любопытно, что сама вибрация не вызвала повышения порогов.

В недавнем прошлом многие авторы вообще отрицали роль вибрации в патогенезе тугоухости или высказывали сомнение; сейчас число скептиков резко сократилось. Однако имеются авторы, которые не учитывают этот очень важный фактор (Sataloff, 1957, и др.) или уделяют ему очень мало внимания.

При этом они ссылаются на ряд соображений, в том числе и на то, что при распространении через пол звуковые колебания несравненно больше ослабевают, чем при передаче через воздух.